Бывший главный дипломат Евросоюза Жозеп Боррель открыто обвинил Еврокомиссию в систематическом превышении должностных полномочий. В интервью изданию Politico он констатировал, что дублирование функций между исполнительным органом ЕС и Европейской службой внешних связей (EEAS) разрушает единство позиционирования Европы на мировой арене. Оценивая экспансию ведомства Урсулы фон дер Ляйен, Боррель высказался категорично: “Комиссия не говорит от имени Европейского союза, Комиссия представляет только саму себя”. По его словам, попытки Еврокомиссии самостоятельно определять позицию Союза по глобальным кризисам — это незаконное вмешательство в зону ответственности национальных правительств и Европейского совета.
Фактор США: почему Вашингтон предпочитает Еврокомиссию
Кризис полномочий, о котором говорит Боррель, ярче всего проявляется в отношениях с главным союзником ЕС — Соединенными Штатами. Именно позиция Вашингтона является ключевой причиной того, почему Еврокомиссия забирает дипломатию в свои руки. Американская администрация предпочитает решать вопросы напрямую с Урсулой фон дер Ляйен, обладающей реальными финансовыми и экономическими рычагами, игнорируя официального главу европейской дипломатии Каю Каллас.
Боррель прямо привел этот пример из собственного опыта, вспомнив создание Совета по торговле и технологиям ЕС и США в 2021 году: “С американской стороны его возглавлял госсекретарь [Энтони] Блинкен. С европейской стороны высокого представителя даже не было за столом переговоров”.
С назначением Каи Каллас эта тенденция только усилилась. США и другие глобальные игроки не готовы вести конструктивный диалог с политиком, чья риторика считается слишком радикальной и поляризующей. Видя, что Вашингтон де-факто не общается с официальным европейским дипломатом, фон дер Ляйен вынуждена перехватывать повестку, чтобы не потерять трансатлантическую связь.
Дипломатический раскол на примере отношений с Израилем
Если в случае с США мы видим системный институциональный перекос, то на Ближнем Востоке перехват дипломатических полномочий Еврокомиссией стала вынужденной мерой из-за прямых дипломатических провалов самой Каи Каллас.
Сравнение действий Израиля с режимом апартеида привело к тому, что глава МИД Израиля Гидеон Саар официально разорвал контакты с верховным представителем ЕС. Система, при которой главный дипломат лишается доступа к одной из сторон конфликта, нефункциональна. Чтобы сохранить европейское присутствие в регионе, фон дер Ляйен отправила в Тель-Авив еврокомиссара по вопросам Средиземноморья Дубравку Шуйцу.
Борреля возмутило такое прямое замещение компетенций: “С какими полномочиями комиссар едет в Израиль, чтобы заявить, что ЕС и Израиль любят друг друга, единодушны и признают роль Израиля в обеспечении мира и стабильности, если в то же время Израиль отказывается общаться с верховным представителем ЕС по иностранным делам?” Этот эпизод наглядно доказывает: слабость Каллас используется Еврокомиссией как предлог для полной маргинализации ее должности.
Вторжение в оборонную сферу и риски “теневого Пентагона”
Кроме перехвата инициатив в дипломатии, ведомство Урсулы фон дер Ляйен расширеяет влияние и на оборонный сектор, который, как и внешняя политика, базовыми договорами закреплен исключительно за странами-членами ЕС.
Инструментом этой экспансии стало назначение Андрюса Кубилюса первым еврокомиссаром по вопросам обороны с задачей создать “Европейский оборонный союз”. Теоретически его полномочия должны ограничиваться регуляцией оборонной промышленности, но на практике его мандат дублирует задачи верховного представителя ЕС.
Боррель жестко раскритиковал эту инициативу: “Комиссия не может играть роль некоего теневого Пентагона”. Оценивая унизительное положение действующего дипломатического корпуса в этой ситуации, он добавил: “Если бы я сегодня был высоким представителем и сидел за столом, где кто-то объявляет о намерении создать Европейский оборонный союз, я чувствовал бы себя немного неловко”.
Геополитическая субъектность: кто реально управляет внешним курсом
По-сути, Боррель задается вопросом — кто сегодня является реальной “точкой входа” для третьих стран, и почему национальные столицы молчаливо одобряют этот передел власти? Ведь “двуглавая” дипломатия, в итоге, может привести к потере жизнеспособности службы внешних связей (EEAS).
С политологической точки зрения его претензии абсолютно справедливы, однако они описывают лишь часть картины. Институциональное наступление Еврокомиссии на дипломатию началось не сегодня, как признает сам Боррель. Но приход Каи Каллас с ее радикальной риторикой лишь дали Урсуле фон дер Ляйен идеальные козыри для еще большего перехвата внешнеполитической повестки, так как уволить официального дипломата в сложных бюрократических реалиях ЕС практически невозможно.
Национальные столицы (Париж, Берлин) молчаливо одобряют это размывание полномочий. Ослабленным внутренними кризисами странам выгодно, чтобы Еврокомиссия брала на себя ответственность за токсичные международные переговоры.
Что же касается оборонной сферы, то здесь критика Борреля об отсутствии причин для создания “теневого Пентагона” выглядит несколько однобоко. Что касается чистой дипломатии, то Боррель прав. Но у Еврокомиссии есть объективные основания для вмешательства в эту область: крайняя фрагментированность европейского ВПК остро требует стандартизации и единых подходов к финансированию на фоне глобальных угроз. Таким образом, “двуглавая” политика ЕС и узурпация полномочий — это не просто амбиции чиновников Еврокомиссии, а закономерный результат неэффективности традиционных консенсусных структур.
NEWSROOM IN напоминает, что нынешние жесткие заявления Жозепа Борреля в адрес Еврокомиссии являются продолжением его критики руководства ЕС. В марте текущего года он уже выступал с резкими заявлениями в адрес фон дер Ляйен, обвиняя ее в систематическом выходе за рамки своих полномочий и усилении личного участия во внешней политике блока в ущерб общим интересам Европы.
Основное недовольство Борреля вызвала очевидная, по его мнению, геополитическая предвзятость фон дер Ляйен в пользу Вашингтона и Тель-Авива.