Украина не сможет вступить в ЕС 1 января 2027 года при сохранении действующей методологии приема. На Мюнхенской конференции президент Латвии Эдгарс Ринкевичс и еврокомиссар Марта Кос заявили о необходимости «креативных решений» из-за неготовности стран ЕС утвердить конкретный график расширения в условиях войны.
Ринкевичс: «Креатив» вместо гарантий
Президент Латвии Эдгарс Ринкевичс внес долю скепсиса в обсуждение конкретных сроков. По его мнению, Евросоюз пока не готов зафиксировать дату приема Украины. Главным препятствием остается неопределенность с завершением военного конфликта.
«Честно говоря, сейчас я не могу представить, что мы подпишем соглашение в 2026 году. Если я ошибаюсь, буду только рад это признать», — заявил латвийский лидер.
Ринкевичс подчеркнул: Европе предстоит решить фундаментальную дилемму — менять ли устоявшийся десятилетиями устав ради страны, находящейся в состоянии войны, или придерживаться старых правил.
Ставка на литовское председательство
Стоит отметить, что в последнюю неделю в украинских медиа, а также европейских аналитических центрах (синктанках) активно продвигается «окно возможностей» для Украины. Более конкретно — во время председательства Литвы в Совете ЕС, которое начнется 1 января 2027 года. Тем более, что президент Литвы Гитанас Науседа давно призывает коллег по союзу дать Украине обозримые временные горизонты.
Глава украинской дипломатии Андрей Сибига там же на конференции отметил, что достичь договоренностей по этому вопросу вполне реально. По его словам, членство в ЕС для Украины — это “элемент гарантий безопасности”, без которого архитектура новой Европы будет неполной.
Почему буксует процесс
Однако техническая сторона вопроса выглядит сложнее политических деклараций. Еврокомиссар по вопросам расширения Марта Кос напомнила, что существующая методика приема создавалась для глубоких реформ в условиях мира, а не экстренной интеграции. Она напомнила, что даже высокоразвитая Швеция потратила три года на путь в Евросоюз.
По словам Кос, в рамках текущих процедур вступление к началу 2027 года остается невозможным.
В итоге, единственным шансом для Украины остается политическая воля лидеров ЕС. Если они решат, что геополитические вызовы важнее параграфов устава, для Киева может быть разработано исключительное, «внесистемное» решение.
