В Латвии основано Европейское общество журналистов (EJS) для защиты свободы слова в эпоху цифровых вызовов. Новое объединение было создано из-за глубокого кризиса в медиасфере. По мнению учредителей, традиционные стандарты журналистики устарели и деградировали. Организация ставит своей целью бороться с цензурой, пропагандой и заменой профессионализма на примитивные шаблоны.
Основателями EJS выступили латвийский журналист-расследователь Леонид Якобсон и публицист Дмитрий Саввин. Оба основателя имеют личный опыт преследования за свою профессиональную деятельность. Якобсон пережил покушение и судебное преследование, а Саввин был вынужден покинуть Россию из-за своих антивоенных публикаций. Учредители подчеркивают, что знают цену свободы слова и готовы ее защищать.
В интервью для NEWSROOM IN Дмитрий Савин более подробно рассказал о новом объединении:
☛ Дмитрий, судя по заявлению, EJS был создан в ответ на кризис старых профессиональных журналистских организации, призванных защищать свободу слова. Они сравниваются с мафиозными структурами, где защищают «своих» и травят «чужих», подменяя этические стандарты корпоративной солидарностью. Речь идет о каких-то конкретных организациях или это оценка общей ситуации?
☛ Едва ли нам сейчас стоит смысл говорить о тех или иных конкретных объединениях — в первую очередь, потому, что создаваемое нами журналистское общество, следуя примеру Довлатова, создается не против кого-то, но за — в поддержку тех принципов и ценностей, о которых мы говорим. Мафиозное мышление, когда информационное и политическое пространство делится на делянки, и банда “своих” борется против банды “чужих” — это, в конечном счете, следствие того кризиса, который сегодня охватил журналистскую отрасль. Наша задача — бороться не со следствием, а с корнями, создать пространство профессиональной и честной, морально здоровой журналистики.
☛ С кем EJS будет работать и кем точно нет?
☛ У нас есть контакты с рядом журналистских и правозащитных организаций, в том числе и довольно известных, однако пока называть их будет преждевременно. Что же касается базовых принципов, то они уже определены: мы хотим создать максимально свободное, плюралистичное пространство. Фундаментальным ограничителем здесь будут не наши собственные соображения и вкусы, а те моральные и правовые нормы, которые можно считать консенсусными для всего человечества (по крайней мере, они более всего соответствуют этому определению). Речь идет об Уставе ООН и Женевских конвенциях 1949 года. То есть, при всей широте и терпимости, мы не хотим иметь дел с теми, кто оправдывается агрессивные войны, территориальные захваты или терроризм и издевательства над мирными людьми. По этой причине у нас не может быть ничего общего с симпатизантами РФ и политики диктатора Путина, или же с теми, кто оправдывает террористов ХАМАС, открыто захватывающих и убивающих заложников.
☛ В заявлении иронично упоминаются “стандарты BBC” в качестве примитивных шаблонов. Что с ними не так?
☛ На мой взгляд, внедрение так называемых стандартов Би-Би-Си просто кастрировало современную журналистику. (По крайней мере, таково мое личное мнение и мнение моих коллег и друзей.) Изначальный посыл (нейтральность, представленность разных взглядов и т. п.) был безусловно хорош. Однако на практике это вылилось во внедрение примитивных шаблонов (два комментария взяли, третий выдумали, написали лид и заключение о том, что “все неоднозначно”, и переслали редактору). В итоге — ни глубины, ни эксклюзива, ни просто свежей мысли. И возникает вопрос: а зачем вообще нужны такие авторы? Извините, но сегодня такую работу бесплатный ИИ выполняет гораздо быстрей и качественней. Нужна авторская, яркая, профессиональная журналистика, сопряженная с глубоким знанием предмета, а не рутинная отработка по алгоритму, якобы, придуманному Би-Би-Си.
☛ EJS говорит о проблеме политической пропаганды в СМИ. Какие инициативы могли бы помочь потребителю отделить продукт политического консалтинга от журналистских материалов? У вас есть какое-то простое и универсальное решение?
☛ Пропаганда так или иначе всегда будет в информационном пространстве, как неизбежно будут присутствовать субъективные авторские воззрения. И это нормально. Однако крайне важно, чтобы была не только пропаганда. Важно, чтобы журналисты осознавали свои работу как миссию — миссию донести до людей правдивую информацию. Не “правильную”, не “нужную”, но — правдивую. Пусть даже для этого придется чем-то жертвовать и где-то пострадать. Сегодня, увы, мы часто видим, что вместо миссии говорить правду предлагается иная миссия — “пасти народы”, “воспитывать” людей, а с другой стороны — обратная крайность, психология наемника, “мы служим тому, кто платит”. Мы предлагаем вернуться к истокам: мы служим обществу тем, что честно рассказываем ему, что, как и где происходит. Не больше, но и не меньше.
☛ Поговорим о вашей позиции по новому закону Евросоюза о свободе СМИ. Новые правила достаточны для защиты журналистов и вообще рынка независимых медиа, что, на ваш взгляд, можно улучшить?
☛ Это большая и важная тема, однако сейчас я не готов ее обсуждать, хотя свое мнение об этом законе у меня имеется. В первую очередь, потому, что сейчас мы завершили регистрацию нашего общества и продолжаем организационную работу, о своей готовности присоединиться к нашей деятельности сообщили коллеги из Латвии, Литвы, Германии и даже Аргентины (так что мы внезапно из европейской организации стали, можно сказать, всемирной). Впереди — проведение общего собрания, формирование расширенного состава правления. Когда эта работа завершится, мы сможем дать развернутую оценку тех законодательных достижений и лакун, которые имеются в медийной сфере в ЕС, а также и на национальном уровне. Надеюсь, что нам удастся сформировать достаточно квалифицированный экспертный пул, предпосылки для этого очень хорошие.
☛ В заявлении EJS говорится о старых и новых медиа, т.е. о традиционных СМИ и блогерах, которые “часто имеет большую аудиторию и большее влияние, чем старые телеканалы, которые официально все еще числятся “флагманами” медийной отрасли”. В новом законе ЕС нет четкого определения, кого считать журналистом, а кого нет. Соответственно, нет четкого понятия, на кого распространяется защита. Ваша позиция: журналист — это только сотрудник издания или популярный блогер тоже?
☛ В нашем Уставе журналист определяется как человек, работающий с медиаконтентом. Следовательно, таковым может быть и блогер, и ведущий Телеграм-канала — любой, кто производит медийный продукт. Мы переживаем революционные изменения, и сейчас нужны новые формы не только государственного, но и общественного регулирования СМИ. Мы видим и в США, и в Европе, что видеоблогер или подкастер с миллионной аудиторией часто имеет гораздо большее влияние — в том числе, и политическое — чем упомянутые уже флагманы традиционных медиа. И это естественный процесс: в свое время радио потеснило газеты, а потом радио пришлось считаться с появлением телевидения. Сейчас, на наших глазах, происходит новая трансформация. И, конечно, весьма странно, когда представитель газеты тиражом 3 тысячи экземпляров считается представителем СМИ, которому государство дает набор особых прав, а блогер с аудиторией в 20 тысяч — “просто человек”. Если видеоблоги и соцсети создают новых политиков, то это — уже СМИ. Но, разумеется, для этого таким блогерам надо соблюдать базовые журналистские стандарты. И наше общество ориентировано на работу с ними, и мы хотим помочь этим авторам и журналистам новой эпохи сохранить самые лучшие морально-этические стандарты предыдущего времени.
NEWSROOM IN напоминает: 31 января 2023 года Союзы журналистов Северных стран (кроме Швеции) заявили о выходе из Международной федерации в (IFJ — англ.). Решение было принято 31 января после встречи профсоюзов и IFJ в Копенгагене, которая состоялась в прошлую пятницу.
Журналисты Финляндии, Дании, Норвегии и Исландии обвинили IFJ в коррупции, непрозрачной деятельности, неясной практике голосования и неспособности адекватно реагировать на деятельность пропутинского Союза журналистов России, который поддержал агрессивную войну своей страны против Украины. Также обеспокоенность у северян вызвал конгресс профсоюзов в Омане, известном своим катастрофическим положением со свободой прессы, отчасти при поддержке султана Омана.