ФСБ обвиняет Павла Дурова в содействии терроризму. Против него заведено уголовное дело в России. Предъявленные обвинения тянут на пожизненное заключение. Сам основатель Telegram пока никаких комментариев по этоу поводу не дал, но в феврале 2026 года он заявил: “Каждый день власти придумывают новые предлоги, чтобы ограничить доступ россиян к Telegram, стремясь подавить право на неприкосновенность частной жизни и свободу слова. Печальное зрелище государства, боящегося собственного народа”.
Роль бота “Дайвинчик” в расследовании
ФСБ России предъявила Дурову обвинение по ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ (“Содействие террористической деятельности”). По версии ведомства, администрация мессенджера не удалила каналы, чаты и боты, которые применялись для подготовки диверсий и киберпреступлений на территории страны. В сводках силовых ведомств указывается, что с 2022 года зафиксировано более 153 000 таких правонарушений.
Если Лефортовский районный суд удовлетворит ходатайство ФСБ, то Дурова объявят в международный розыск для задержания и экстрадиции в РФ.
Ключевым эпизодом в деле стало расследование деятельности сервиса “Дайвинчик / Leo”, заблокированного в РФ. По данным Следственного комитета РФ, подобные платформы и чаты знакомств превратились в инструмент вербовки и шпионажа через так называемую “медовую ловушку” (Honey Trap). Схема строится на банальном разводе на флирт: под видом девушек с молодыми людьми вступают в переписку (предположитель украинские спецслужбы), а затем выманивают геопозиции социальных объектов и инфраструктуры или отправляют фишинговые ссылки для взлома аккаунтов.
Могут ли Дурова задержать по Red Notices ФСБ?
Риск задержания Павла Дурова в большинстве стран мира по запросу ФСБ минимален. Хотя силовики предъявили ему обвинение по “тяжкой” статье, запустить процедуру реального ареста через Интерпол на практике почти невозможно.
Генеральный секретариат Интерпола жестко отсекает запросы с политическим контекстом или вопросами национальной безопасности отдельных государств (России — в том числе). Статья 3 Устава организации категорически запрещает вмешательство в дела политического характера, а попытки преследования глав ИТ-гигантов за “недостаточную модерацию” расцениваются международным сообществом как посягательство на свободу слова. Красные уведомления (Red Notices) по таким кейсам блокируются еще на этапе проверки.
Дуров является гражданином Франции и ОАЭ, что создает дополнительный юридический щит:
Франция конституционно не выдает своих граждан третьим странам. Даже при наличии международного ордера европейские государства передали бы Дурова Парижу, а не Москве.
ОАЭ (Дубай) крайне неохотно идут на экстрадицию крупного бизнеса и своих граждан по запросам третьих стран, если речь не идет об общеуголовных преступлениях (убийства, наркоторговля).
Теоретическая опасность ареста сохраняется только в государствах с высокой политической зависимостью от Москвы или наличии приоритетных двусторонних соглашений (например, Беларусь или страны Центральной Азии). Однако Дуров такие регионы для поездок изначально не выбирает.